В Украине – кризис оппозиции?
Абсолютно непрогнозируемый результат голосования в парламенте за кандидатуру Юлии Тимошенко (373 голосами «за»), заставляет поставить вопрос: «Куда девалась оппозиция к новой власти (Президенту Ющенко и премьер-министру Тимошенко)?» С таким эксперт-опросом Центр исследования политических ценностей обратился к ведущим украинским политологам.
Владимир Полохало (руководитель проекта «Политическая мысль»):
«Оппозиция стала властью, если говорить о старой оппозиции. А новая оппозиция не сформировалась. Не сформировалась, прежде всего, благодаря фобии, связанной с бизнес-интересами. И именно бизнес-интересы есть определяющими в таких метаморфозах (то есть, предварительных заявлений относительно жесткой оппозиции, и весьма быстрого перехода на позиции лояльности к новой власти). Новая демократическая оппозиция еще не сформировалась и может сформироваться только в процессе деятельности правительства и самой новой власти. Что касается коммунистических сил, которые задекларировали свою оппозиционность, то это псевдооппозиция. Это также оппозиция как политическая технология, как пиар, под углом зрения парламентских выборов 2006 года. Какая-то часть оппозиции будет формироваться, но как следствие деятельности нового правительства, деятельности новой власти».
Вадим Карасев (директор Института глобальных стратегий):
«Я бы назвал нынешнее состояние оппозиции как длительное, но временное сжатие, связанное с отсутствием эффективной оппозиционной стратегии у проигравших на этих выборах политических сил, и с ожиданием новых благоприятных условий для повышения оппозиционного тонуса и оппозиционного бонуса. У оппозиции сегодня кризис идей, кризис людей, кризис стратегий. Хотя страшного в этом ничего нет, потому что кризис предполагает всегда открытый финал».
Виктор Небоженко (руководитель социологической службы Институту стратегических исследований НАН Украины):
«С одной стороны сразу видно, что оппозиция у нас носит не политический характер. Среди врагов, которые сражались против Ющенко и Тимошенко во время избирательной кампании, оказалось мало политиков и много бизнесменов. И сейчас они предпочитают искать пути сотрудничества и примирения с новой властью. А оставшиеся – это, уж точно, политики-депутаты. И, в этом смысле, это первая причина сенсационного результата при голосовании. Большинство депутатов из бывшей оппозиции хотят застраховать себя от будущих неприятностей. И я думаю, что их ждет жестокое разочарование. Второе. Наиболее умная часть, проиграв, пытается довести дело до абсурда: все, что будет сейчас делать новая власть, будет поддерживаться полуразрушенной оппозицией, чтобы к осени получить материал для ожесточенной политической и социальной критики. И, наконец, у меня есть такое сомнение, что лидеры оппозиции не знают, как играть в оппозицию, как быть в конструктивной оппозиции. Для них это что-то новое. И чувствуется серьезная растерянность как среди коммунистов и социал-демократов, так и среди Партии регионов. Оказалось, что одно дело заниматься политикой, будучи при власти и используя государственные ресурсы и возможности Президента Украины, и совсем другое – заниматься политикой, рассчитывая только на свои собственные силы и зная прекрасно, что пощады не будет».
Дмитрий Выдрин (директор Европейского института интеграции и развития):
«У меня есть подозрение, что новая оппозиция читала мое недавнее интервью, о том, что я, в свое время, сделал большую ошибку, первым в Украине уйдя в оппозицию к Президенту Кучме в 1997 году. Поскольку я тогда не понимал, что в оппозицию надо уходить не за семь лет до смены власти, а за семь дней. Так вот, видимо, они прочитали мое интервью, и предполагают, что с оппозицией, наверное, не надо торопиться, а следующие десять лет надо побыть вместе с властью, главной кормилицей в Украине. А в оппозицию уходить не за десять лет, а за десять дней до смены власти. У нас не может быть нормальной оппозиции, поскольку любая оппозиция, в любой стране, находится на самофинансировании и ее основой являются вещественные, хоть и мелкие, взносы малого и среднего бизнеса. А пока в Украине таких структур в тысячу раз меньше, чем в Польше, до тех пор не будет нормальной финансовой базы для нормальной оппозиции. Поэтому логика такова: создание нормальной экономической структуры общества, а тогда уже возникнут финансовые предпосылки для финансового наполнения тех людей, которые имеют особую политическую, моральную и интеллектуальную позицию. Пока такой базы нет, а соответственно, и нет возможности для нормальной оппозиции».
Олесь Доний (председатель Центра исследований политических ценностей):
«Четкость позиций проявили лишь коммунисты. Как не стараются пришить к ним несоответствующий ярлык «псевдооппозиционности» коммунистам все-таки удалось удержать идейную непорочность, даже потеряв ради этого трех депутатов во главе с Борисом Олийныком. Пока в среде победителей властвуют радостные настроения, вызванные несостоятельностью в партии Регионов и социал-демократов (объединенных) оправится от поражения и перейти к переформированию своих рядов. То, что среди верхушки этих партий большинство принадлежит крупному бизнесу, который захочет дружить с любой властью, было понятно сразу. Но отсутствие структурной оппозиции весьма опасно для демократического развития страны. Во-первых, отсутствие квалифицированной критики со стороны оппонентов может власть развратить. А, во-вторых, бывшие кучмисты, которые стают „пламенными сторонниками” новой власти, могут ее дискредитировать. Или (если им удастся в эту власть инкорпорироваться), могут разложить ее изнутри своими коррупционными привычками. Поэтому власть ныне должна, как ни кто другой быть заинтересованной в создании новой оппозиции. А если понадобиться, то даже помочь ей сформироваться (в частности, этому способствовал бы перераздел комитетов Верховного Совета). Нежелание новой власти отдать парламентские комитеты (бюджетный и свободы слова) оппозиции (хотя бы коммунистической, если другой не возникнет), может быть плохим сигналом относительно демократии в стране».
Александр Дергачев (ведущий научный сотрудник Института политических и этнонациональных исследований НАН Украины):
«Прежде всего, коммунисты себя выявили как оппозиция. А вот относительно социал-демократов и Партии регионов следует, наверное, констатировать следующее: во-первых, эти фракции объединяют очень прагматичных людей, которые должны искать себе место за новых условий и заблаговременно (еще до возможности надеяться на какай-то реванш) не заострять отношений с властью. Эти партии созданы вокруг кланово-олигархических группировок, и есть таковыми, что держались до сегодня на бюрократических структурах, имели мало идейных сторонников, а следовательно просто органически не приспособлены быть в оппозиции. Они имеют иную природу. И смогут ли они перестроиться – это большой вопрос. А сегодня они к этому не готовы».
Кость Бондаренко (директор Института национальных стратегий):
«Нет еще оппозиции. И это совершенно нормально. Есть такое понятие «100 дней». Во всех цивилизованных обществах существует практика, когда на протяжении первых ста дней, с приходом к власти нового президента или нового премьера, он находится вне критики. Он получает вотум доверия, все сидят и ждут, а что же будет дальше. В данном случае это нормально… К ним присматриваются, им дают большие авансы. Правда, за большие авансы потом и жестко спрашивают. Это, во-первых. Во-вторых, фактически Ющенко и его команда пришли как новые варвары. Это нашествие варваров, которые пришли к стенам власти, построенных Кучмой. Так в свое время Аттила пришел к Риму. Тогда архиепископ Лу (будущий папа Лев) вышел за стены Рима, подошел к Аттиле, стал на колени и сказал: „Я приветствую тебя бич Бога, которому я служу, и не мне тебя останавливать”. Так же и „регионы”, и социал-демократы… Они вышли к Ющенко с такими же словами. То есть, пока они сдались на милость победителей. Но с другой стороны, это необходимое отступление, шаг назад, для того, чтобы потом, через несколько месяцев, организоваться, перегруппироваться и начать свою новую игру. И третий момент. Во всех этих фракциях значительная часть бизнесменов (большинство бизнесменов). А есть одно золотое правило, которое действует повсюду в мире – бизнес в оппозиции быть не может».
Владимир Фесенко (председатель правления Центра прикладных политических исследований «Пента»):
«Голосование по кандидатуре Юлии Тимошенко фактически продемонстрировало, что сейчас в Верховном Совете есть только одна системная оппозиция к новой власти. Это – Коммунистическая партия. Кому-то – это к сожалению, кому-то – это на радость, возможно, но это так. И еще одна важная вещь. На мой взгляд, голосование и по кандидатуре Тимошенко и по программе ее правительства фактически продемонстрировало тотальный кризис центристских политических сил, которые оказались идейно и идеологически пустыми, политически обессиленные. Таким образом, перспективы формирования новой оппозиции (не коммунистической), я считаю, будут реальными лишь перед парламентскими выборами 2006 года».
Виталий Кулик (директор Центра исследований проблем гражданского общества):
«Фактически сегодня структурированной оппозиции не существует. Существует оппозиция коммунистическая, оппозиция Коммпартии как таковой, и радикальная оппозиция (подразумеваются одинокие члены бывшего большинства, которые поддерживали Януковича). Собственно оппозиции Януковича (его имени, можно так сказать) не существует, она не структурирована. И самому Януковичу, по прибытию с отдыха, ее будет сложно сформировать. Сегодня говорить об оппозиционности к существующей власти, со стороны бывшего большинства, довольно сложно, потому что это большинство было завязано на бизнес-интересы, и эти бизнес-интересы нужно защищать. Соответственно, нужно сотрудничать с правительством и новым президентом. Следовательно, радикальной оппозиции в этой среде также ожидать не стоит. И, наконец, личностный фактор. Большинство бывшей команды, которая поддерживала Януковича, сейчас ориентируется на поиск компромиссов, на участие во власти, на участие в экономических схемах с новой властью, и по этому, не то чтобы не готово, оно не может в принципе, по своей сути, выступать в качестве радикальной оппозиции».
